Петербург роман (үш бөлімнен поэмасы)

в трельяж и в зеркало второе
всмотритесь пристальней, и вы
увидите портрет героя
на фоне мчащейся Невы,

внимать желаниям нетвердым
и все быстрей, и все быстрей
себе наматывать на горло
все ожерелье фонарей,

туралы, в этой комнате наскучит,
герой угрюмо повторял,
и за стеной худую участь,
бренча, утраивал рояль,

сол, в этой комнате усталой
из-за дверей лови, аулайды
все эти юные удары
по нелюбви, по нелюбви.

бас 19

сәуір, сәуір, беги и кашляй,
роняй себя из теплых рук,
над Петропавловскою башней
смыкает время узкий круг,

жоқ, жоқ. Останется хоть что-то,
хотя бы ты, апрельский свет,
хотя бы ты, моя работа.
Ни пяди нет, ни пяди нет,

ни пяди нет и нету цели,
движенье вбок, чего скрывать,
и так оно на самом деле,
и как звучит оно – плевать.

Один – Таврическим ли садом,
один – по Пестеля домой,
один – башкой, қолдар, задом,
ногами. Стенка. Құдайым.

Такси, собор. Түсінбеймін.
Дом офицеров, майский бал.
Отпой себя в начале мая,
куда я, Господи, попал.

бас 20

Так остановишься в испуге
на незеленых островах,
так остаешься в Петербурге
на государственных правах,

жоқ, на словах, словах романа,
а не ногами на траве
и на асфальте – из кармана
достанешь жизнь в любой главе.

ЖӘНЕ, мүмкін, живут герои,
идут по улицам твоим,
и облака над головою
плывя им говорят: Творим

одной рукою человека,
хотя бы так, в карандаше,
хотя б на день, как на три века,
великий мир в его душе.

Часть III. жеңіл

бас 21 (романтика)

көктем, Көктем, приходят люди
к пустой реке, шумит гранит,
течет река, кого ты судишь,
айту, кто прав, река твердит,

гудит буксир за Летним садом,
скрипит асфальт, шумит трава,
каналов блеск и плеск канавок,
и все одна, одна строфа:

Бағасы:
( 3 бағалау, орташа 3.67 бастап 5 )
Достарыңызбен бөлісіңіз:
Джозеф Бродский