ტაძრის Melpomene

Поднимается занавес: на сцене, ვაი, дуэль.
На секунданте – коричневая шинель.
И кто-то падает в снег, говоря «Ужель».
Но никто не попадает в цель.

Она сидит у окна, завернувшись в шаль.
Пока существует взгляд, существует даль.
Всю комнату заполонил рояль.
Входит доктор и говорит: «Как жаль…»

Метель за окном похожа на вермишель.
Холодно, и задувает в щель.
Неподвижное тело. Неприбранная постель.
Она трясет его за плечи с криком: “Мишель! Мишель,

проснитесь! Прошло двести лет! Не столь
важно даже, что двести! Важно, что ваша роль
сыграна! Костюмы изгрызла моль!”
Мишель улыбается и, превозмогая боль,

рукою делает к публике, как бы прося взаймы:
Если бы не театр, никто бы не знал, что мы
существовали! პირიქით!” Из тьмы
зала в ответ раздается сдержанное «хмы-хмы».

მარტი 1994

შეფასება:
( ჯერ არ აქვს შეფასებები )
გაუზიარე მეგობრებს:
Joseph Brodsky
კომენტარის დამატება